Власти забирают и продают квартиру журналиста Владимира Хильмановича

Это часть арестованного имущества гродненского журналиста Владимира Хильмановича, которую по решению суда планируют продать через аукцион для компенсации наложенного на него крупного штрафа.

Владимир Хильманович. Фото: из архива собеседника

Отдел принудительного исполнения Ленинского района Гродно направил Владимиру Хильмановичу официальный документ о том, что его квартиру оценили в 126 тысяч белорусских рублей.

В документе сообщается, что оценку частной квартиры журналиста проводил 25 февраля 2026 года местный филиал РУП «БелЮрОбеспечение». Это государственное предприятие, входящее в систему Министерства юстиции Беларуси, занимается, в том числе, продажей через аукцион конфискованного и арестованного имущества.

Дата торгов ещё не назначена, и о том, как всё будет происходить, Владимир может лишь догадываться. Он отмечает, что штраф составляет 40 тысяч белорусских рублей, а квартира стоит в три раза дороже.

«Я слышал, что оставшиеся деньги, которые должны остаться после компенсации назначенного штрафа, должны перевести мне на банковский счёт. Счетов в Беларуси у меня нет — разве что мне специально его откроют. И ещё: если эти деньги я не заберу, то через некоторое время они будут изъяты в пользу государства», — говорит журналист.

В двухкомнатной квартире площадью 50 кв. м на улице Терешковой в Гродно, помимо журналиста, зарегистрирован его старший сын. Таким образом, квартиру будут продавать вместе с прописанными там жильцами.

В этом году в начале марта стало известно, что с аукциона пытались продать дачу журналиста — точнее, здание в деревне Новосёлки Мостовского района, которое в документах значится как «сельский клуб». Владимир Хильманович мечтал сделать там место для семейного отдыха, но это требовало слишком больших финансовых вложений. Деревянное строение, нуждающееся в очень серьёзном ремонте, оценили в 5 040 белорусских рублей. Однако на аукционе, назначенном на 19 марта 2026 года, его так никто и не купил.

Журналист говорит, что давно «поставил крест» на имуществе, которое ему пришлось оставить в Беларуси. С 2021 года он вынужденно живёт в эмиграции, покинув родину из-за угрозы уголовного преследования за профессиональную и общественную деятельность.

Дело Владимира Хильмановича

19 августа 2024 года Гродненский областной суд в лице судьи Игоря Соболева признал Владимира Хильмановича виновным в содействии экстремистской деятельности и участии в экстремистском формировании. На тот момент журналист уже несколько лет не жил в Беларуси, его уголовное дело рассматривалось в порядке специального производства, и приговор был вынесен заочно: 5 лет лишения свободы в исправительной колонии усиленного режима и крупный штраф. Попытки обжаловать приговор областного суда успеха не имели.

О том, что против него возбуждено уголовное дело, Владимир Хильманович узнал в конце ноября 2023 года. Тогда же силовики описали имущество по месту его регистрации в Гродно. Ещё через неделю был проведён обыск в квартире жены Владимира, где он жил с 2014 по 2021 год. Оттуда изъяли процессор компьютера, старое удостоверение, 25 книг, музыкальный диск, почтовые марки, конверты, открытки, буклеты, значки, газеты. Также была описана бытовая техника.

О начале специального производства в отношении гродненского журналиста Следственный комитет сообщил 13 марта 2024 года.

13 сентября 2024 года фамилию Владимира Хильмановича внесли в перечень лиц, «склонных к экстремистской деятельности», на сайте МВД.

Журналист отмечает, что до сих пор не знает, за какие именно действия в отношении него был вынесен обвинительный приговор. Однако у него есть основания считать, что его наказали именно за профессиональную деятельность, поскольку в постановлении областного суда среди вещественных доказательств упоминаются «скриншоты авторского блога со статьями Хильмановича», которые суд постановил «хранить вместе с материалами уголовного дела».

Что именно инкриминировали Хильмановичу — до сих пор неизвестно. Попытки журналиста узнать подробности дела результата не дали. Однако среди вещественных доказательств следствия упоминались «скриншоты авторского блога со статьями», которые суд постановил «хранить вместе с материалами уголовного дела». Поэтому Владимир убеждён, что его наказали именно за журналистскую работу.