Акценты
Пресса в эпоху репрессий: кто пишет доносы на независимые СМИ и как им противостоять?
«Порой до 20 текстов в день»: каковы стандарты западных СМИ?
Советы по использованию научных исследований в журналистских материалах
«Не теряет бодрости даже в самых сложных ситуациях»: рассказываем о белапановцах, суд над которыми начался сегодня
В преддверии суда по «делу БелаПАН». Борис Горецкий в программе Татьяны Коровенковой «Позірк»
Dekoder: Как беларуские медиа пережили революцию, репрессии и эмиграцию
Яковлев: «Ты кому-то говоришь, что русский, и человек отворачивается и уходит — это чувство я знаю с детства, оно страшное, и нам всем предстоит его испытать»
Российский писатель и медиаменеджер — о том, почему страна, победившая в войне, спустя 80 лет настолько отстает от проигравшей.
Чем хуже — тем лучше. Мнение психоаналитика о пропаганде, ее появлении и влиянии на людей
Журналистка Евгения Долгая. «Я не допущу, чтобы меня или мою дочь называли фашистсками»
Почти каждый день на странице журналистки Евгении Долгой в "Фейсбуке" выходят истории о белорусах, оставшихся в Украине, чтобы помочь людям в этой стране. Война, резко поменявшая отношение к белорусам в мире, и беженство — для Евгении это очень личная история.
Как эвакуировать медиа в условиях войны. Cоветы украинских локальных редакций
Как и многие редакции и журналисты из оккупированных регионов Украины или из тех мест, где идут боевые действия, команда онлайн-журнала о восточной Украине "Свои" (Svoi.city) переехала на запад страны из Бахмута (Донецкая область) после начала войны. Команду еще одного медиа — "Накипело" (Nakipelo.ua) из Харькова война раскидала по всей Украине.
ЧТО ТАКОЕ СЕТЬ SAFEBOX?
Во всем мире журналистов сажают в тюрьмы, похищают и убивают, лишая миллионы людей информации, представляющей общий интерес. Чтобы их расследования не исчезли вместе с ними, Forbidden Stories создали сеть SafeBox. Цель? Предотвращать преступления против журналистов , посылая сильный сигнал врагам прессы: убийство журналиста не уничтожит историю.
«Если бы Украина исчезла, журналистика потеряла бы смысл». Что говорят украинские журналисты, которые уходят из СМИ в армию
«Она в отпуске, не знаю, в творческом или принудительном». Как живет исполнительница «Шчучыншчыны», которая верит: «все будет хорошо»
«Я один из тех, кто раздражал Золотову больше всего». TUT.BY нет уже год — вот шесть историй, которые объяснят, почему он был великим
18 мая 2021 года никто из редакции TUT.BY не забудет никогда. Это был вторник. В понедельник был год со дня смерти основателя портала Юрия Зиссера, а в среду из гомельской колонии освобождалась Катерина Борисевич. Полгода наша подруга и коллега провела за решеткой по «делу о ноль промилле», и мы мечтали, как вместе поедем ее встречать. Многие сотрудники «Зеркала» работали в TUT.BY, и для нас все это личное. Мы помним, как с утра в чате редакции появилось сообщение главного редактора Марины Золотовой: «Ко мне пришли». Тогда же силовики начали ломиться в офис и квартиры десятков других коллег. Практически сразу же сайт был заблокирован. Медиа, которое два десятка лет рассказывало белорусам о белорусах, уничтожили за один день. 15 человек арестовали. Сегодня через истории его бывших сотрудников мы расскажем, почему TUT.BY был уникальным проектом, в котором свобода ставилась на первое место.
Зачем Кремль «разминает» тему ядерного апокалипсиса
Кремль с помощью альтернативной номинации «спецоперация» отрицает фрейм о ведении агрессивной войны против Украины (задействованы пропаганда, карающая сайты рука Роскомнадзора и полицейские репрессии за антивоенные лозунги). Однако в то же время он делает то, что на языке российской пропаганды называется «разминать тему» — готовит общество к новой идее, когда говорит о возможности нанесения Россией ядерного удара, подкрепляя фрейм о непредсказуемости и опасности «русского царя».
Каждый четверг мы рассылаем по электронной почте вакансии (гранты, вакансии, конкурсы, стипендии), анонсы мероприятий (лекции, дискуссии, презентации), а также самые важные новости и тенденции в мире медиа.