Акценты
Как эвакуировать медиа в условиях войны. Cоветы украинских локальных редакций
Как и многие редакции и журналисты из оккупированных регионов Украины или из тех мест, где идут боевые действия, команда онлайн-журнала о восточной Украине "Свои" (Svoi.city) переехала на запад страны из Бахмута (Донецкая область) после начала войны. Команду еще одного медиа — "Накипело" (Nakipelo.ua) из Харькова война раскидала по всей Украине.
ЧТО ТАКОЕ СЕТЬ SAFEBOX?
Во всем мире журналистов сажают в тюрьмы, похищают и убивают, лишая миллионы людей информации, представляющей общий интерес. Чтобы их расследования не исчезли вместе с ними, Forbidden Stories создали сеть SafeBox. Цель? Предотвращать преступления против журналистов , посылая сильный сигнал врагам прессы: убийство журналиста не уничтожит историю.
«Если бы Украина исчезла, журналистика потеряла бы смысл». Что говорят украинские журналисты, которые уходят из СМИ в армию
«Она в отпуске, не знаю, в творческом или принудительном». Как живет исполнительница «Шчучыншчыны», которая верит: «все будет хорошо»
«Я один из тех, кто раздражал Золотову больше всего». TUT.BY нет уже год — вот шесть историй, которые объяснят, почему он был великим
Зачем Кремль «разминает» тему ядерного апокалипсиса
Сколько заложников Лукашенко сейчас в тюрьме (инфографика)
В Беларуси рекордное число политических заключенных. Немецко-швейцарская организация Libereco проанализировала данные белорусских правозащитников. К каким выводам она пришла - в инфографике DW.
Кто захватил белорусские государственные медиа? ВИДЕО
Мария Гриц. Стать беженцем дважды за год с ребенком на руках
Минск—Киев—Львовщина—Швейцария. Долгая дорога семьи Приходько к мечте о свободе
У журналистки Елены Приходько и ее мужа Артура четыре дочки. С 2020 года им пришлось несколько раз переехать: из Светлогорска в Минск, затем в Киев, а потом — из-за войны — во Львовскую область. Теперь Елена Приходько в Швейцарии — с тремя детьми, мамой и котом. Старшая дочь учится в Польше.
“Я не написал ни одного политического текста, но мне все равно стыдно”. Поговорили с журналистами из провластных медиа
Многим белорусам после событий 2020 года было интересно узнать, что о происходящем думают журналисты из государственный СМИ. И здесь речь не о пропагандистах, а о тех, кто остается в тени. Спросили у них об этом.
«Экстремизм» на фоне войны — обзор борьбы с «экстремизмом» в Беларуси за январь-март 2022
С хайпом или без. Секреты продвижения в YouTube
Пир во время войны. Кто фаворит на стартующем «Евровидении» и что с участием в конкурсе России и Украины?
Сегодня, 10 мая, пройдет первый полуфинал знаменитого европейского песенного конкурса. Кто в нем будет участвовать, где белорусы могут посмотреть трансляцию, а также что с участием представителей Беларуси, Украины и России?
«Я могу сказать, что я счастлива» — Оксана Колб, главный редактор «Новага Часу»
В независимую журналистику я пришла в 1996 году. И за это время не было ни одного лёгкого года, каждый год — по-своему сложный, со своей спецификой, со своими репрессиями. Были допросы, несколько конфискаций техники… Было закрытие газеты: после избирательной кампании 2006 года закрыли независимую газету «Згода» — за якобы экстремизм и разжигание межнациональной розни. Всё это происходило ещё тогда. Потому 2021 год меня особо не удивил. Единственное отличие — масштаб репрессий, раньше это не было настолько массово, как сейчас.
Что оказалось действительно сложным для меня в 2020-м и 2021-м — это поддерживать команду. Ведь люди — это главное, что есть.
Каждый четверг мы рассылаем по электронной почте вакансии (гранты, вакансии, конкурсы, стипендии), анонсы мероприятий (лекции, дискуссии, презентации), а также самые важные новости и тенденции в мире медиа.